Официальный сайт Молодежного Творческого объединения ЮНПРЕСС и Лиги юных журналистов Российской Федерации
Мультипортал ЮНПРЕСС создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
О портале | О ЮНПРЕСС | YNPRESS | О Лиге юных журналистов РФ | League of young journalists of Russia
:: Скачайте
Download RealPlayer Для просмотра видеопрограмм и прослушивания аудиофайлов портала скачайте эту бесплатную программу.
:: Наш опрос
Чья информация сегодня полезна и актуальна для тебя?
от друзей
от родителей
из ТВ и радио
из интернета
из газет и журналов
я сам(а) информация!
:: Рассылка
Новостная лента ЮНПРЕСС
Подписаться на рассылку:
:: Наши партнеры
Мощные компьютерные технологии Всероссийский детский центр ОРЛЁНОК Джинсовые мальчики -полная история любви и разочарования, создания и разрушения! Международный фестиваль юношеских СМИ 'Волжские встречи' Компания Kodak

Искать кино


:: Рейтингование
Rambler's Top100
Rambler's Top100
ђ ббл«Є  'Ќ®ў®бв­ п «Ґ­в  ћЌЏђ…‘‘' AllBest.Ru
:: Наша кнопка
Мультипортал ЮНПРЕСС - молодежное информационное пространство
Если наш сайт Вам понравился, и вы хотите разместить нашу кнопку у себя на странице, код кнопки выглядит следующим образом:
www.ynpress.ru » Методбиблиотека ЮНПРЕСС »
Глава 1 ШКОЛЬНАЯ ГАЗЕТА: ИСТОРИЯ ЗАВОЕВАНИЯ (весь текст...)

Глава 2 ЛИЦЕЙСКИЕ ГАЗЕТЫ: ПЛАНЫ И ВОПЛОЩЕНИЕ (весь текст...)

Глава 3 ГАЗЕТА КАК ИНСТРУМЕНТ ДИАЛОГА СО ВЗРОСЛЫМИ РОДИТЕЛИ: ОЗАДАЧЕННОСТЬ ИЛИ ПАРТНЕРСТВО? (весь текст...)

Примечания автора К ВСТУПЛЕНИЮ, ГЛАВАМ 1,2,3 (весь текст...)

Януш Корчак О ШКОЛЬНОЙ ГАЗЕТЕ (весь текст...)

Жак Гонне КАК ИЗДАВАТЬ ГАЗЕТУ: ПРАКТИЧЕСКИЕ СОВЕТЫ. КАКАЯ ГАЗЕТА? ДЛЯ КОГО? КАК? (весь текст...)

Примечания ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ. ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ. СПИСОК ОСНОВНЫХ ПУБЛИКАЦИЙ ЖАКА ГОННЕ(весь текст...)

Untitled Глава 3 ГАЗЕТА КАК ИНСТРУМЕНТ ДИАЛОГА СО ВЗРОСЛЫМИ РОДИТЕЛИ: ОЗАДАЧЕННОСТЬ ИЛИ ПАРТНЕРСТВО? Что обычно говорят родители, когда их ребёнок приносит им газету, сделанную в школе? В большинстве своем они не чувствуют себя причастными к этому делу и не подозревают, что тексты адресованы им. В 1972 году Ф.Делеам провел специальное исследование на эту тему для журнала "Л'Едюкатер", опросив 200 преподавателей, которые в своих классах выпускали газеты. Согласно его данным, было бы преувеличением считать, что отношение всех родителей к детям-создателям газет везде одинаково, но иногда возникают странные проблемы. Например, как свидетельствует М.-Л.-Пиньяр: "Некоторых детей ругали дома за то, что в газете был помещён их рисунок, а не текст", а М.Ренар отмечает: "родители были приятно удивлены работой своих детей, проявивших себя с самой лучшей стороны, но упрекали учителей в том, что за нее не ставят оценок и что при такой форме работы не задаются домашние задания - старшим братьям этих детей задавали упражнения". Иногда, сами того не желая, они касаются тем, закрытых для обсуждения. Например, они подвергают критике учителя Ж.Жордане за то, что в газете, которую он выпустил со своими учениками, один из ребят, Фредерик, иронически доказывает своим сверстникам, что никакого Деда Мороза на свете не существует… Эти страхи и опасения родителей связаны с тем, что они неосознанно боятся предлагаемых школой новых педагогических приёмов в воспитании их детей, которые они сами больше не в силах контролировать. Но верно также и обратное. Так, учителя начальных классов из города Кередерна отмечают следующее: "Бывает, что родители сами принимают участие в выпуске газеты: пишут статьи, помогают организовать тираж… Это порождает неожиданный успех, что сказывается и на жизни данного жилого района, усиливает активность детей, порождает новые формы сотрудничества между родителями и педагогами". Ж. и Ж.-П.Тетю добавляют: "Так уж вышло, что наша газета, разворошив прошлое нашей общины, доставляет всем огромное удовольствие, особенно, людям определенного возраста… что не так-то просто в этом сельском крае Ко, где каждый привык жить сам по себе. Ведь у нас всего-то 248 жителей, а мы продаём от 55 до 60 экземпляров каждого номера". Во время летней встречи в июле 1973 года дискуссии, возникшие между юными журналистами и преподавателями, позволили лучше очертить круг проблем, связанных со школьной газетой. Один из преподавателей так характеризует реакцию взрослых: "Мои ученики были просто шокированы числом людей, которые сухо говорили им: "Нет, меня это совсем не интересует!" Поэтому наибольшей проблемой мне представляется то, что люди, к которым прежде всего и обращена газета, не хотят признавать за подростком право на собственное мнение и свободное его выражение. В нашей газете были напечатаны две острые статьи, и ещё одна девочка написала так: "Как мне всё это надоело - вечно одни и те же лица в автобусе! Бывают вечера, когда так хочется побыть одной, когда нет желания возвращаться домой". Очевидно, что тут - проблема на уровне семьи, а люди, родители, не могут понять этих чувств и даже подсмеиваются, так как не принимают идею того, что ребёнок тоже имеет право на самовыражение. Тогда мы сами себе задали вопрос: а стоит ли, в самом деле, стремиться к общению с внешним миром? На этот счёт оказалось два противоположных мнения: одни считают, что не стоит выставлять свои чувства на всеобщее обозрение, поскольку, открывая себя другим, становишься беззащитным - действительно, иногда случается так, что подросток как бы подставляет сам себя, решившись опубликовать свои сокровенные мысли, и из-за этого подвергается нападкам и травле. Но другие считают, что не стоит отгораживаться от людей, в противном случае, взрослые никогда не узнают, о чём, в самом деле, думают подростки. Мы склонились в пользу последнего мнения, но статьи в газете стали появляться без подписи авторов, и для первого случая я решил сам дать объяснения читателям, почему эти статьи не подписаны; вероятнее всего, именно эти страницы газеты привлекут внимание и будут обсуждаться… в семейном кругу. И потому мне, как взрослому, пришлось взять на себя эту нелёгкую задачу и всё всем объяснить". Вот как в газете "Бастид" выражает сложность взаимоотношений со взрослыми вообще и с родителями, в частности, один лицеист из города Бордо: "Можно было бы попросить родителей высказать своё мнение, тогда каждый смог бы узнать мнение взрослых. У меня, например, это уже сделано: после выхода первого номера мои родители обратили внимание на то, что в газете очень мало радостного, все статьи какие-то печальные. Но в следующий раз они остались довольны: в газете только одна статья была не слишком веселой, ее заголовок был "Смерть"…" Другой лицеист напоминает: "Каждый пишет то, что хочет… Может быть. Но все-таки газета делается для читателей. Именно читатели её читают. В газетах иногда спрашивают у читателей: "Что вы бы хотели видеть в газете?" И они отвечают, что хотели бы читать о чём-нибудь приятном, весёлом. Поэтому совсем не обязательно помещать в газете только грустные материалы, даже если весь класс этого хочет… Я полагаю, что взрослые толком даже не знают, о чём мы думаем. Поэтому газета - прекрасное средство для того, чтобы узнать о наших делах, о наших взглядах. Они живут в своём маленьком уголке и думают, что система образования остаётся такой, как и раньше. И впрямь, в иных местах действительно почти ничего не изменилось. Поскольку мы работаем в особой манере, это позволяет нам лучше продемонстрировать, что и как мы умеем делать. Я, например, знаю: в моей семье, которую я приучил читать газету, все очень заинтересовались, потому что это было нечто новенькое, нечто такое, что не часто встретишь. Они сами захотели узнать, что же на самом деле говорят ребята, когда им предоставляется возможность свободно выражать свои мысли и чувства. Но мне кажется, они все же не очень удовлетворены, и, думаю, мы еще не использовали в полной мере все имеющиеся возможности. К тому же, качество газеты довольно слабое, часто плохо пропечатывается текст…" Получается, что именно родителям мысленно адресуются послания ребят, которые, например, пишут так: "Наша газета по своему содержанию стала напоминать диалог со взрослыми", - отмечает Жану Лемри, описывая рождение и эволюцию одной школьной газеты во второй ступени средней школы. После нескольких месяцев движения наощупь, "ребята вдруг почувствовали, что в этом году газета становится своего рода посланием. И сегодня, перелистывая страницы старых номеров, я могу точно констатировать, что на общем фоне статей про какие-нибудь забавные приключения во время каникул или про события повседневной жизни, в газете все же преобладает именно тема общения со старшими". Разумеется, иногда эти послания принимают форму приказа: "Не критикуйте больше ребят!" - пишет Мадлен Брасье и её друзья из 3-го "В" в газете "Радость жизни". "Это воззвание тех, кто больше не хочет быть ребёнком, зависимым от всех, кто старше его, но внутренне - всё ещё слишком нежен, несмотря на свой бравый вид, но уже стремится предстать лицом к лицу перед миром взрослых" (Жану Лемри), и вся сложность отношений с родителями, от которых никуда не денешься, и желание восприниматься ими с хорошей стороны проявляются в следующей статье из "Радости жизни": "Ах! Что за молодёжь! В моё время молодые люди были совсем не такие…", - как часто мы слышим это от взрослых! Почему же они позволяют себе бранить нас? А не стоит ли им задуматься над тем, что мы часто вовсе не виноваты в своих грехах, что именно они сами чаще всего и являются причиной распущенности среди молодёжи! Эта распущенность на самом деле происходит из-за множества причин, но в корне их всех, или почти всех, на мой взгляд, лежит неправильное воспитание. Некоторые родители, например, чтобы избавить себя от лишних забот, предоставляют своим детям слишком много свободы. А может быть, они полагают, что их дети уже способны сами собой управлять и поэтому счастливы от дарованной им свободы? Такие родители, увы, ошибаются… Взрослые нам просто необходимы, ведь они помогают нам понять, что такое жизнь… Другие же родители холят и лелеют своего ребёнка, помогая ему взрослеть. Но это только до того момента, пока не грянет семейная драма в виде жестокого развода, а часто это затрагивает и ребёнка… А ведь дети в равной степени нуждаются как в матери, так и в отце". Итак, газета - особое средство, с помощью которого можно высказываться. Высказывать родителям то, что обычно так трудно сказать в глаза: "Мы желаем, чтобы взрослые обнаружили здесь свободное выражение чувств и мыслей подростков, осознанно воспринимающих реальность, полных энтузиазма, имеющих нравственные идеалы, готовых противопоставить жизненным проблемам трезвость и ясность взглядов и полных решимости реализовать свои самые сокровенные мечты" (Ученики 3-го спец.класса). Вот в чём состоит суть проблемы, которая созревает в душе и в теле каждого подростка. При этом у него иногда возникает гипертрофированное чувство вины, как это было в случае с Гюгом: "Прости меня, мама, если я доставлял тебе неприятности, Прости меня, ведь ты такая добрая… Прости меня, отец, если я не всегда слушался тебя, Прости меня, я ведь понимаю: ты исполнял свой долг… Прости меня, жизнь, если я иногда считал тебя несправедливой. Возможно, я претендовал на слишком многое". Но иногда, читая эти газеты, можно встретить также и попытку проанализировать происходящее: "Многие родители жалуются на независимый характер своих детей. А подростки, в свою очередь, упрекают взрослых в том, что те не хотят их понять. Почему же возникает это противостояние? Ребята в возрасте между 14 и 18 годами начинают осознавать себя как личности и хотят доказать взрослым, что и они способны действовать самостоятельно и при этом не допускать ошибок. Но несмотря на это сильное желание самоутвердиться, которое они испытывают, борясь за свою независимость, они, тем не менее, нуждаются в чутком сердце, которое могло бы прислушаться и понять их проблемы. Разумеется, они делятся своими заботами и с друзьями, но им бы хотелось также участия родителей, у которых больше жизненного опыта и которые при необходимости могли бы им помочь" ("Мадлен и её товарищи") Итак, можно констатировать: одной из самых главных тем в школьных газетах является тема семьи, тема родителей. Существует ли в этом плане какая-либо разница между школьными и лицейскими газетами? Да, различие есть, но не столько по природе, сколько по уровню, по тону высказываний. Ту же мучительную болезненность, те же трудности испытывают и сами родители, желая занять точную педагогическую позицию, и это выносится на страницы газет: "Времена изменились, - пишет отец одного из учеников в газете своего сына "Указатель на развилке", - как будто вы вдруг вынырнули во внесемейное бытие, в мир, воспитанный между двумя стульями. Старые традиции рушатся, мораль вращается по замкнутому кругу, ценности превращаются в пар, цели не ясны, средства их достижения - тем более". Но за этим дружески насмешливым определением проблем подрастающего поколения "озадаченный отец", как он пожелал себя назвать, начинает "открытое письмо" в газету следующими словами: "Уже само название вашей газеты заставляет меня допустить мысль о существовании благоприятного прецедента. Я не мог бы позволить скомпроментировать себя, сотрудничая с каким-нибудь "Маленьким проворным лицеистом" или "Юным сартрувильцем" [1]. Как за этой неловкостью отца, который ищет согласия со своим сыном и желает показать себя в самом лучшем свете, но который не может удержаться от того, чтобы не написать, что название газеты заставляет его "допустить мысль о существовании благоприятного прецедента", как тут не вспомнить исследование Жерара Венсана, проведенное среди "лицейского народа": "Обвинительная речь отца разворачивается ежедневно за семейным столом: этот человек, хотя и вполне обеспеченный, но "из левых", предрекает сильнейшие потрясения общества сверху донизу. Однако эта речь сразу же превращается в призыв быть "разумным", в разоблачение всех на свете спонтанных утопий, когда его сын хочет выйти на улицу, чтобы "изменить жизнь" именно в том русле, в котором только что звучала проповедь отца. Другой пример: зажиточная католическая семья, в которой дочь не без оснований упрекала своего отца в том, что он в десять раз чаще говорит о деньгах, чем о Боге. Или учитель, который слышит от учеников, что им "наплевать на Корнеля" или что они "в гробу видали этого Мольера", вдруг обнаруживает, что те "ценности бытия", в которые он так верил, всего лишь его личные пристрастия. Судя по тому, что он видит и слышит, на основании весьма разнообразных чувств, которые часто совершенно противоположны проявлениям культурной революции в обществе, проявляющейся повсюду (часто она проявляется в демонстрации независимого отношения к общепринятым нормам), западный человек просто "одуревает" от всего этого и зачастую просто перестаёт задавать вопросы, так как не в силах понять происходящее". Перед лицом этой неизвестности - лицейской или даже школьной газеты, которую ребёнок приносит в дом - родители прежде всего стараются найти хоть какие-либо ориентиры, хоть какую-то точку опоры. Отсюда, вне сомнения, и происходят смехотворные замечания по поводу "орфографических ошибок" - вместо того, чтобы обсудить само содержание статей; как будто бы слишком сложно обменяться мнениями с ребенком, как будто бы разговор с ним о проблемах, затронутых в газете, противоречит самой природе. До сих пор не проводилось строгих статистических исследований по поводу отношения родителей к школьной газете, но в своих газетах сами подростки прозрачно намекают на эту проблему. Но это тема для отдельного разговора. Конечно же, существуют и такие родители, которые положительно относятся к свободному самовыражению своих детей в газете, как например, отец одного ребёнка, который использует "право на ответ" в газете "Между нами": "Это было в табачной лавке… в то время я ещё курил (и даже слишком много!..). "Между нами" - газета лицеистов! Ее издают подростки, а поддерживают и распространяют самые юные лицеисты. Это, если хотите, событие… антирасистское! Точнее, "антиажистское"38, как сказали бы мои друзья-психологи. Они могли бы также добавить, что дискриминация по возрасту действительно существует, и лишь сотрудничество между поколениями поможет избежать самоубийства, причем не только индивида, но и общества в целом. "Между нами" - газета лицеистов из Монтрёй? Это не может оставить равнодушным ни педагога, ни такого, как я, пожилого родителя одного из учеников. Если раньше этот лицей временами испытывал сомнения относительно смысла своего существования, то теперь мы рады видеть, что он вновь обрёл энтузиазм юных лет. Разве он не является, как и его "собратья" (другие профессионально-технические лицеи), местом сосредоточения самого высокого профессионального мастерства в этом крупном городе в предместьях Парижа? Разве он не является кузницей профессиональных кадров? Не это ли время пробуждения и надежд на пороге взрослой жизни?.. "Между нами" - газета, которая воскрешает воспоминания о моей собственной юности: да, у меня где-то есть, если порыться на дне ящика с архивами, немного пожелтевший от времени номер межлицейской газеты с тем же названием. Под одной из колонок моя подпись. Когда это было?… В 1948 году". Этот родитель одного из учеников (к тому же учитель) высказывает свои симпатии не только к сыну, но и к своей собственной юности, что, впрочем, ничуть не уменьшает значение его доброжелательной оценки этого оригинального опыта. Однако, такого рода схемы в интерпретации и понимании, похоже, удаляют нас от того, что происходит на самом деле. "Теоретики, - пишет Маргарет Мид, - которые пытаются объяснить, почему существует разрыв между поколениями, делают акцент на параллели между прошлым и настоящим, не отдавая себе отчёт в том, что на самом деле характер изменений, происшедших в обществе с начала технической революции, необратим". Не приближаемся ли мы здесь к сложнейшей проблеме, когда подростки, выпускающие газету, стремятся найти иную аудиторию, кроме себе подобных? Ведь равнодушие или даже полное неприятие нередко встречаются среди взрослой аудитории: "Когда они отправились продавать первый номер газеты, им казалось, что его раскупят так же быстро, как билеты вещевой лотереи, а к нему почему-то никто не проявил интереса", - рассказывала одна учительница во время летней встречи в Ларокбру в 1973 году. Таким образом, цель ребят - обратить на себя внимание не только сверстников, но и взрослых: "Главная цель газеты - сообщать другим людям, которые не учатся с нами в одном классе, наши мысли и чувства по отношению к той или иной проблеме, а также чтобы эти люди в ответ сообщали нам свои идеи", - так выражает свои предположения во время той же летней встречи один мальчик, пытаясь ответить на вопрос о том, что же заставляет подростков заниматься таким сложным делом, как издание газеты. Трудноразрешимый парадокс заключается также и в том, что эти газеты, которые часто появляются как "крик души", обращены к отсутствующим взрослым, а по сути дела, в никуда. УЧИТЕЛЬ - ПОСРЕДНИК Родители - осознанно или нет - входят в список адресатов газет, издаваемых подростками. Их положение в этой ситуации деликатно и неудобно, как мы только что убедились, исследуя их реакцию на школьную газету. Но что представляет собой в этом деле учитель, который помогает ребятам издавать газету? Какова его роль? Каково его положение относительно других учителей? Независимо от того, является ли он преподавателем младших, средних или старших классов, получает ли, согласно внутреннему распорядку школы, определённый статус - как в Федеративной Республике Германии, где такой учитель становится "учителем-консультантом" - или организует своё рабочее время в рамках обычного расписания: всегда он играет определяющую роль. Но в любом случае он, прежде всего, исполняет роль посредника. Роль посредника между учебным заведением и подростками, между подростками и их родителями, между школой и обществом. Часто он - центральная фигура в отношениях конфликтующих между собой сил, и если он "содействует" ребятам в издании их газеты, ему волей неволей приходится принимать участие в этих конфликтах. Но кому же он противостоит? Учебному заведению? Родителям учеников? Своим коллегам? Администрации? Из-за невероятного разнообразия всевозможных ситуаций ответить на этот вопрос можно только в общих чертах. Получается, что учитель, являясь духовным наставником подростков, издающих газету, выглядит в их глазах "носителем проекта". В 1975 году Р.Барсик написал статью под названием "И всё-таки я буду её издавать!", в которой он описывает, какую "борьбу" ему пришлось выдержать, чтобы начать выпуск газеты с детьми из своего класса. В июне его просят заполнить заявку на оборудование и материалы, необходимые для работы в следующем учебном году. Он запрашивает небольшой печатный станок 21х30 см, комплект шрифтов и знаков, типографскую краску, чернила, бумагу. В сентябре - ничего. Администрация сообщает, что "все деньги израсходованы на мазут" и что он не получит никаких новых материалов. Единственный из пятидесяти учителей коллежа, кто занимался с детьми изданием газеты, вот как расценивает сложившуюся ситуацию: "Поначалу они ещё не приставали ко мне с ножом к горлу. Но я ждал. Активно. Я знал, что решительная атака последует сразу же, после появления первого выпуска школьной газеты! Только бы им познакомиться с содержанием статей! А пока я решил воспользоваться моментом, чтобы улучшить материальную базу нашей типографии. - Станок принадлежал мне, - Типографские ролики и набор либо тоже принадлежали мне, либо были собственностью кооператива. - Бумага и чернила расходуются быстро, но их можно докупить. Таким образом, коллеж не несёт никаких расходов на издание школьной газеты. И это очень важно, так как единственным аргументом против школьной газеты может стать только такой: "Эта педагогическая технология противоречит требованиям по подготовке учеников для получения свидетельства об окончании первой ступени средней школы"! Если мне когда-нибудь выдадут такого рода формулировку, я просто расхохочусь!" Во всех тех признаниях, которые были сделаны учителями, издающими школьную газету, звучит смесь усталости и радости: усталости - из-за того, что приходится затрачивать слишком много сил, чтобы выпускать газету, а счастья - из-за того, что авантюра всё-таки удается. "Трудности, а иногда и драма, - объясняет Женевьев Ле Беснере, - происходят, по крайней мере, поначалу, из-за того, что ребята ожидают увидеть отрицательный стереотип учителя. Нужно избавляться от этого ярлыка. И лучше любых слов этот стереотип ломает совместная работа. Кстати, образ учителя является, по сути дела, частным случаем образа взрослого: он не желает слушать и вообще не интересуется жизнью подростков…" Так как же быть? "Я возлагаю большие надежды, - говорит Жак Брюне, - на динамику отношений во время работы. Как только начинается работа, сразу же начинает складываться определённая система отношений. Практика выпуска газеты (первоначальный замысел, совместная деятельность, бесконечные дискуссии и т.п.) облегчает установление отношений доверия, при этом фактор времени, безусловно, является наиважнейшим элементом. В некоторых случаях требуются многие месяцы, чтобы установились дружеские, доверительные взаимоотношения в коллективе, в других случаях группа эволюционирует очень быстро, а иногда бывают поражения, и это необходимо признать. Но главное, что подросток находится в естественных условиях настоящей работы. Первоначально он движется наощупь, но в конце концов находит своё место, и это происходит естественно, поскольку такого рода работа допускает разнообразные варианты и комбинации взаимоотношений. И через отношения, складывающиеся в процессе работы, через пальцы, перепачканные в чернилах, через бурные обсуждения содержания текста, который затем поместят или не поместят в газету, и так вплоть до момента выхода и распространения очередного номера все постепенно и формируется". Приходится убеждать и администрацию учебного заведения и самих учеников, но особенно важно убедить родителей. В газетах учеников, например, тональность текстов довольно мрачновата, поскольку это отражение озабоченности подростков. И это может раздражать или даже шокировать. Вот как объясняет эту ситуацию Женевьев Ле Беснере: "Некоторые моменты, как мне кажется, вызывают протест у родителей, шокируют их - например, выражение фантазмов типа желания покончить жизнь самоубийством, которые они, родители, разумеется, совершенно отказываются принимать. Они впервые обнаруживают, что у их детей, оказывается, существуют разные "страхи" и другие беспокойства; но ведь и с нами происходят подобные вещи: первый раз, когда ребята принесли мне текст о самоубийстве и смерти, мне стало страшно. Но к моей огромной радости, тот же ученик буквально через два дня принёс мне статью о счастье! Во всём этом заложено что-то вроде пари; в этом - постулат, в который я глубоко верю: иметь возможность выразить свои чувства, даже (или особенно) в резкой форме, это своего рода конструктивное освобождение. Однако родители чаще всего не дают себе труда вникнуть во все это…" Таким образом, сила убеждения учителя - главное для того, чтобы воплотить проект в реальность. Но не рискует ли он при этом сделаться объектом манипуляции? Это опасение разделяет Морисет Раймон - существует такая линия поведения, которую следует обсудить: "Если родители не желают слушать этих призывов, если они "раздражены" фантазиями подростков, то и мы тоже раздражаем этих подростков тем, что не можем вписаться в тот негативный стереотип, который у них сложился о нас. Но это только первый этап в развитии, который никак нельзя проскочить и который приносит немало неудобств. Дальше - больше. Ко всему этому добавляется ещё одна проблема, когда оказываешься на стороне ребенка, т.е. против власти взрослых (администрации, учителей…): в этом случае можно превратиться в своего рода "алиби" для подростков; с другой стороны, есть риск скатиться в пропасть демагогии, даже не осознавая этого. Вот та линия поведения, которую следовало бы выверять на каждом шагу, не давая себе передышки". Как же определить нужную линию поведения? И каков набор педагогических средств для учителей? ВОСПИТАНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ У ПОДРОСТКОВ Главной целью, которую ставят учителя, выпускающие со своими учениками школьную газету, является воспитание ответственности. В связи с этим мы предлагаем некоторые советы, которые помогут избежать скоропалительных суждений: "Иногда встречаются такие учителя, которые, внезапно осознав, что их творческая свобода подавлялась слишком долгое время, резко и даже агрессивно начинают выступать против источника этого давления. Такие учителя считают неприемлемым, чтобы их ученики испытывали те же проблемы ущемления свободы, которые довелось испытать им самим; отсюда понятия "свободное самовыражение" и "право на экспериментальный поиск", будучи частью личностной структуры самого педагога, абсолютизируются под действием бунтарского экстремизма или психологических комплексов. Если нам преподавали математику, физику или литературу не самыми лучшими методами, стоит ли из-за этого перечёркивать двадцать веков развития человеческой мысли? Если мы страдали от проявлений чрезмерного авторитаризма учителей, то стоит ли кидаться в другую крайность - упрощенное понимание свободы? Если мы вдруг обнаруживаем, что наши семьи далеки от идеалов, провозглашаемых в современном мире, стоит ли вообще отрицать потребность каждого индивида в безопасности и порядке? Если практически везде труд, работа - это неприятная обязанность, дань обществу, то что же следует делать: отгородиться от этого общества или попытаться его изменить? Если тупая бюрократическая система и идиотская цензура повсюду проявляют себя, стоит ли по этой причине отрицать необходимость различных уровней организации (ведь сама жизнь тому лучший пример) и потребность во взаимодействии?" [2]. Нижеследующие советы будут построены на основании ряда ключевых понятий (свободное самовыражение, экспериментальный поиск, средства) с учетом современных социальных реалий. СВОБОДНОЕ САМОВЫРАЖЕНИЕ "Мы много говорим о свободном самовыражении. И полагаем, что, выражение ребенком своих мыслей и чувств и есть то самое состояние, когда он самовыражается; и именно в нем, в этом состоянии возникает наиболее сильная мотивация и намечается оптимальная траектория его развития. И опыт показывает нам, что это свободное самовыражение совершенно необходимо. Но в словосочетании "свободное самовыражение" есть прилагательное "свободное". Это прилагательное на протяжении долгого времени очаровывает нас, и под его гипнозом мы часто забываем о том, что его нужно рассматривать тщательно, очень осторожно и в разных аспектах. Учитывая, что каждый из нас обладает собственным жизненным опытом, не приходится ли нам, просто в силу естественной реакции, видеть дополнительные достоинства там, где есть лишь идея, лишь грань - хотя и обворожительная - гораздо более сложной реальности? А может быть, свободное самовыражение - это лишь точка отсчёта, момент, когда человек, почувствовав безопасность, позволяет раскрыться как своим силам, так и своему отчуждению, как своей доброй воле, так и тому, что ей препятствует; или еще - как теперь говорят - точно определить свое место между желаниями и возможностями? Итак, свободное самовыражение не может ограничиваться только выражением чувств и мыслей: необходимо, чтобы при этом человек оказался в эволюционирующем поле реальности, в том состоянии, которое мы называем экспериментальным поиском с вдохновляющим участием педагога". ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ ПОИСК Речь идёт не о простом движении наощупь, которое само на себе и заканчивается, а о процессе, с помощью которого человек созидает сам себя, придерживаясь своего естественного ритма открытий. Этот поиск бытия устанавливается и корректируется непрерывной критикой окружающих людей, которые и открывают для него реальность. СРЕДСТВА Такой поиск не может осуществляться без ничего. Средства трансформируют отношения педагогов с детьми: типография, школьная газета, переписка со сверстниками - выводят на сцену новые схемы отношений. В самом деле: "Особая техника, специальный инструментарий и даже своего рода педагогический ритуал неявно подразумеваются концепцией, продолжающей оказывать влияние и тогда, когда это внешне никак не проявляется. Чёрная доска на классной стене - это что-то вроде опоры для материализации эфемерной мысли; это - уступка, или скорее даже подачка оратора, оставляющего за собой хоть какие-нибудь материальные следы, которые вскоре будут стёрты (вспоминается распространенный призыв: "Поторопитесь всё уложить в памяти - с доски пора стирать!"). Образ учеников Эйнштейна, демонтирующих доску и покрывающих ее лаком после блестящего доказательства, представленного ученым, заставляет понять, насколько велика пропасть между юным творцом и используемым им инструментом". Напротив, типография, позволяющая осуществлять выпуск школьной газеты, является средством, которое "возвеличивает" мысль подростка, помогает ей обрести смысл и существование. Это пример такого средства, которое вписывается в педагогику успеха, т.е. в педагогику, где обеспечивается уверенность в будущем ребенка. Тем не менее, остается открытым глубинный вопрос: в какой мере взрослый может претендовать на то, чтобы "бороться" за предоставление самостоятельности ребятам? Нет ли здесь риска подменить настоящую борьбу за самостоятельность некими спорными фантазмами? Не должны ли подростки только сами говорить о собственной самостоятельности? Иначе говоря, какова "доля участия педагога" в общем деле издания газеты - вот основной вопрос в споре, который не прекращается уже несколько десятилетий. Если исходить из интересов ребёнка, учитывая все то, что было изложено выше, работа учителя должна быть направлена на достижение ребенком большей самостоятельности, на приобретение им более широкого знания. "В этом плане наша деятельность не может служить моделью, примером для подражания, воплощением того, что представляется единственно возможным; однако, она выполняет роль посредника, роль, которая была и продолжает быть направленной на анализ происходящего в реальности - и это, в свою очередь, позволяет ребенку лучше осознать свое положение относительно окружающего мира, что способствует его личностному развитию (и развитию нас самих) и помогает ему чувствовать себя менее уязвимым. И не было ли бы абсурдным отвергать или отрицать власть, которой реально обладает взрослый, если она, в свою очередь, позволяет предоставить власть ребенку, происходящую от умения читать, рассуждать, высказывать свои мысли, умения жить бок о бок с другими людьми? Единственное серьезное требование - признать эту власть, предельно четко установить ее границы и никогда ею не злоупотреблять. Можно ли заниматься всем этим в одиночку, в то время как именно коллективная деятельность предоставляет нам подобный опыт?" В "Презанс арденнез" № 2 (1950) Роже Лальман так определил степень участия учителя и ученика в совместном проекте по изданию школьной газеты: "У учителя своя роль - и сколь волнующая! Ведь речь идёт о том, чтобы помочь ученику выработать свой оригинальный взгляд на окружающий мир, выделить тот особый эмоциональный узел, который определил бы выбор и интерес к тексту (для газеты), затем перевести жизненный опыт ребенка в корректный образный язык. Постепенно, шаг за шагом и учитель, и ученик развиваются и самосовершенствуются во время совместной работы". Но если ограничиться рамками собственно издания газеты, какова должна быть "степень участия учителя" в этом процессе? Исправлять ошибки в тексте? "Это означало бы исказить его", - такое мнение выражает Ж.Давид, один из участников опроса, организованного Ф.Делеамом в 1972 г. для журнала "Л'Едюкатер" по проблемам типографии в школе. В то же время другой участник исследования, М.Монтегю считает, что "шлифовка текстов позволяет ученику совершенствовать форму письменного самовыражения". "И оба они правы", - констатирует Ф.Делеам и обосновывает свой вывод так: "Мы полагаем, что "сырой" текст должен быть доработан совместно с учителем только в том случае, если в этом тексте содержатся существенные недостатки в форме изложения или если текст допускает неоправданную двусмысленность сообщения. Но надо стараться изменять его как можно меньше! И никогда не придираться к форме там, где ребенок выражает свои чувства или описывает свои впечатления". Таким образом, "участие учителя" становится фактором внутреннего роста ученика, фактором, направленным на создание атмосферы взаимного доверия. ШКОЛА И ШКОЛЬНАЯ ГАЗЕТА: УДОБНАЯ ОТДУШИНА Перелистывая газеты, иногда обнаруживаешь удивительные закономерности: например, темы смерти и старости, постоянно встречающиеся в школьных изданиях; рисунки в лицейских газетах, иной раз чудовищные, ужасающие… Какие смыслы несут они в себе? Складывается впечатление, что школьные и лицейские газеты представляют собой нечто вроде отдушины и позволяют ребятам выражать "иное", которому нет места в школе. "Иное", где можно задать любые волнующие их вопросы. Чтобы лучше понять эту функцию газеты - как школьной, так и лицейской - воспользуемся рабочей схемой Жака Левина: траекторией из пункта А (дом) в пункт B (школа). ТРАЕКТОРИЯ ИЗ ПУНКТА А В ПУНКТ В Ребёнок входит в класс, неся с собой весь окружающий мир - своих родителей, свой дом, свои фантазии. Безмятежный или встревоженный, жизнерадостный или опустошенный, он либо приспосабливается ко всему, либо нет: "Когда тебе пятнадцать лет, твоя забава - не забавляться тем, чтоб показать, что ты несчастен. И хочется, чтоб было двадцать лет - тогда захочется, чтоб было десять, и в них уже остаться навсегда. И хочется так быть самим собой, Но быть самим собой не получается!" Патрисия ("Взгляды") Так выражает Патрисия свои чувства в газете "Взгляды". В газете, позволяющей рассказать сверстникам о жажде жизни, переполняющей девушку, передать словами свои радости и тревоги; в газете, дающей возможность установить связи с внешним миром во всей полноте отношений с семьей, с другими людьми, с предметами, которым нет места в классе. Пока ребенок находится в пункте В, т.е. в школе, в его голове всегда содержится это "иное", этот пункт А, тяжесть которого он ощущает постоянно, порой болезненно: "Молчание Снаружи И внутри… Хранить молчание, И сделать что-нибудь, чтобы затихли мысли, Остановить машину, Машину дум, Машину слов, Машину действий", - пишет Мари в газете "Есть одна загвоздка". До сих пор существуют ясли и детские сады, где заведен такой порядок: приводя туда ребенка, родители должны сначала раздеть его догола в специальной комнате и голым передать в руки медсестры. Учреждения, в которых практикуется подобный способ "приёмки", прекрасно символизируют отказ принять во внимание воспитательными и учебными заведениями любого уровня (будь то детсад, школа или лицей) жизненный опыт ребенка, т.е. пункт А. Как бы предполагается, что до школы ребёнка просто не существовало. Он воспринимается как только что появившееся на свет существо, ничего не знающее и ничего не чувствовавшее. Однако, при этом говорится о том, что у ребенка есть осознанное и неосознанное понимание своего жизненного пути и способов достижения целей, что он испытывает удовольствие ощущать себя самим собой. Каждый приходит, имея некую личностную структуру. Каждый приходит, имея также свои особенные механизмы защиты. И это принципиально важно, чтобы понять, почему иногда ребёнок не воспринимает, а то и вовсе отторгает школу. В некоторых случаях психологическая защита ему просто необходима, чтобы не повторились некогда пережитые им психотравмы, которые пережить еще раз он уже не сможет. Механизмы самозащиты проявляются не только в особом отношении ребёнка к окружающим, они также и в его эмоциональной системе, они пронизывают всё его тело, и это особенно ярко видно в быстроменяющихся ситуациях. Иной раз, чтобы подавить в себе тревожные чувства, ему просто необходимо быть апатичным или возбужденным, а то блистательным или отстраненно равнодушным даже тогда, когда он осознает, что апатия или возбуждение могут породить новые тревоги и страхи и что если так вести себя в школе, то это грозит ему в итоге плохими оценками. И наиболее впечатляющее свидетельство этой проблемы - поэзия в школьной прессе. В ней часто обнаруживаешь разрыв между желанием быть одновременно здесь, в школе и вне ее, возможность осознать самого себя, разве что только пройдя через метаморфозу, драматичное изменение: "Подросток, Я чувствую себя и беззащитным, и непобедимым. Я чувствую, что я так одинок. Меня не понимают: то переполнен радостью, а то тоскою угнетен, то лезу на рожон, а то предельно хладнокровен, то легкомысленен, то образец ответственности. Я чувствую в себе рождение неведомых вопросов, непостижимых сил. Я чувствую в себе метаморфозы…" ("Открывашка") По отношению к семейным проблемам ребёнок часто ведёт себя так, как если бы он был родителем своих родителей. Например, он воспринимает, как свои, собственные проблемы, нехватку денег в семье, болезни, страх безработицы, неудовлетворённость в браке, семейные конфликты. И он так и живёт, как потерпевший неудачу и не знающий, как найти нужное решение. Родители и учителя не понимают, почему вдруг ребенок перестал работать, ходит, как в воду опущенный, и начинают упрекать его в том, что он только и думает, как бы поиграть, и даже пугают его трудностями, которые ему ещё предстоит встретить на жизненном пути… И очень скоро у ребенка формируются представления о том, как живут другие и как следует жить ему самому. Но когда этот ребенок является в школу, он переходит с территории А своего дома на территорию В, по-прежнему неся внутри конструктивные элементы системы территории А. Это желание ребят ощущать себя в роли родителей своих родителей встречается повсеместно. В юношеской прессе оно находит своё отражение в форме стихов, вымышленных историй, журналистских расследованиях по проблемам "отцов и детей": "Для меня самое главное в жизни - чтобы моя мать была счастлива, чтобы мои дети были свободны и никогда бы не знали, что значит страдать из-за нехватки денег и из-за болезни своей матери", - пишет девочка в анкете во время исследования, организованного Жераром Венсаном (Gйrard Vincent. Le peuple lycйen, p.218) среди учащихся средних учебных заведений. Другая девочка-подросток из пригорода еще более детально описывает свое желание взять на себя семейные проблемы: "Я хочу сделать то же, что и одна моя подруга - она мечтает иметь много денег, чтобы увезти своих братьев и сестер в какое-нибудь чистое и богатое место. Потому что она небогата, и когда она видит, как богачи едут, куда захотят, она очень нервничает, да и я тоже. Они совсем не работают, потому что у них много денег, в то время как наши родители вкалывают, чтобы заработать гроши. Но когда я разбогатею, я всем своим родным куплю все, что они только захотят. И когда я состарюсь, я не буду жалеть о своей жизни, потому что смогу, надеюсь, сделать для моих родных все, что они пожелают". На территории B ребенка воспринимают в роли ученика, не добавляя эпитета "постороннего". Но с точки зрения "реальной идентичности" (Жак Левин) он здесь чужак, он - как бы "иностранец" в неродном ему крае. Ведь сколько учителей - может быть даже гораздо больше, чем можно было бы предположить - стараются учесть поле реальной жизни ребенка. Но, увы, это никак не меняет логику учебных заведений. Отдавая отчет в том, что их главной обязанностью является организация поведения детского коллектива в классе, а абсолютным приоритетом - выполнение учебной программы, учителя осознают, что помочь ребятам они могут, лишь выходя за рамки своих прямых функций. Безусловно, дети, подростки успевают в этой школе, ориентированной на "хороших учеников"; однако, они постоянно находятся под воздействием неуправляемых "форс-мажорных" обстоятельств внутренних личностных изменений, флуктуаций, агрессии. И еще одна миссия школы, которая ничуть не менее значима, чем обучение - облегчить ребенку "встречу с самим собой", чтобы B более не игнорировало A, чтобы ребенок ощущал целостность своего "Я", самоорганизовывался и жил бы полноценной, нераздвоенной жизнью. Без осознания этого факта было бы иллюзией считать, что ребят и, в самом деле, могут заинтересовать общечеловеческие проблемы, другие люди. но как гармонизировать A и B? В таком контексте любая творческая продукция, самостоятельно производимая детьми, может рассматриваться как оригинальная попытка установления связи. В случае школьных газет начальный импульс исходит от учителя, который предчувствует необходимость A и который пытается предоставить возможность ребенку осуществить эту связь с позиций образовательного процесса; в случае же лицейских газет сами ребята, которые не в силах более переносить отсутствие A, изобретают инструмент, позволяющий им организовать в пункте B связь с самими собой, как носителями проблем, происходящих из A. Конечно же, можно интерпретировать многочисленные рисунки в школьных и лицейских газетах, как агрессию из B на уровне сознательного "Я". В частности, в подростковом возрасте переживание неудачи неизбежно активизирует в памяти все прошлые поражения. Все фантазии и страхи, порожденные разного рода угрозами, потерями, контр-агрессией, влекущей за собой наказание, чувством несуществующей вины, возникают одновременно с выработкой личностных механизмов защиты. Следовательно, школе необходимо вменить в обязанность функцию обеспечения восстановления и защиты "Я" ребенка. Именно этого пытаются добиться учителя, которые ощущают необходимость введения в педагогическую практику возможностей для самовыражения ребенка, его конструктивной деятельности и потому предлагают издавать газету, рассматривая ее, как центральный элемент иной плоскости взаимоотношений с учениками. Итак, в газете текст ребенка приобретает ценность не только в рамках школы и школьного окружения, но он также будет прочитан "вовне" незнакомыми читателями, точно так же, как и в случае "большой", "настоящей" газеты. Однако, здесь возникает предчувствие, что природа этих явлений все же различна. Новый взгляд со стороны поможет ребятам оформиться в организованный коллектив. Для того, чтобы лучше разобраться в этом, будем опираться на понятие "коллективный орган". Еще Френе заметил, что посредством газеты, коллективно выпускаемой в классе, когда каждый ученик привносит свой вклад, может сформироваться своего рода "коллективный орган", смысл которого сродни биологическому - функция коллектива, существовавшая до осознания ценности отдельного индивида. Френе так же предвидел, что такой коллективный орган мог бы взаимодействовать с другими коллективными органами, находящимися вне класса (школьная переписка, обмен школьными газетами), чтобы создать широкое поле, в рамках которого разворачивалась бы деятельность. Через данное понятие можно лучше определить истинные функции газеты. С позиций психоанализа коллективный орган выполняет "роль плаценты" - исходной семейной клетки, внутри которой ребенок обретает свою идентичность, смысл своего бытия. Таким образом, газета действует как потенциальная траектория. Это своего рода индикаторное табло: оно сигнализирует другим, что ты существуешь и что у тебя есть намерение выделить себя среди других. В случае школьных газет к обретению коллективной идентичности детей подталкивает взрослый; в случае лицейских газет сами подростки на моделях, задаваемых взрослыми, решают для себя проблему идентичности. Различие между двумя случаями состоит в том, как, каким способом будет формироваться эта идентичность. На уровне школьных газет дети ждут одобрения со стороны взрослого (аудитория газеты - не только дети), образующих вместе некое "Сверх-Я", которое как бы говорит: "Эти ребята интересны. Они стараются быть самими собой. Им есть что сказать". (Вспомним, что в школьных газетах дети, в основном, рассказывают о своей обыденной жизни.) Поиск идентичности и в то же самое время поиск признания своей идентичности, что выражается, может быть, не столько в том, что именно они пишут, сколько в самом факте публикации. Это акцентирует Ивон, когда говорит: "Газета издается для того, чтобы люди самовыражались. Но пока еще никто не объяснил, а зачем вообще нужно самовыражаться? По-моему, самое важное - сам факт постоянного участия в таком проекте. Когда я произношу слово "самовыражаться", я не имею в виду, что именно они, лицеисты скажут. В конце концов, мне на это наплевать - я не желаю быть цензором. Главное для меня - их добрая воля, их желание и решимость заниматься этим делом; пусть они сделают шаг вперед, пытаясь сказать, что они думают, что чувствуют, что любят - ведь это начало движения к размышлениям об окружающей действительности. Самовыражаться значит говорить о том, что никто не имеет права нам приказывать, принимать за нас решения, затыкать нам рот" [3]. ФУНКЦИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ Почему проблема становления личности ребенка вызывает столько горячих споров между общественными деятелями? Возможно, потому что размышления о будущем нашего общества касаются всех нас. В этом же, кстати, причина и других дискуссий - например, по поводу школьной успеваемости и активных методах обучения. В связи с этим важно принять во внимание два полярных подхода к одной и той же теме. Всякая школа интеллектуальной направленности ориентирована исключительно на достижение наивысших показателей успеваемости, на ориентиры, задаваемые элитой. С этой точки зрения другое педагогическое направление занимается "слабоуспевающими", "оставленными-для-счета"39. Неразрешимая острота дискуссий о проблемах становления личности ребенка объясняется невозможностью свести эти два подхода к общему знаменателю. Какое же место занимает газета, издаваемая детьми или подростками, относительно этих дискуссий? Как объяснить, что в Испании во время гражданской войны учителя-республиканцы, которые не знали, будут ли живы завтра, нашли в себе силы написать коллективное письмо С.Френе, выражая уверенность в том, что "школьная газета - величайший инструмент на службе у революции"? (см. гл.I). Все потому, что мысли этих педагогов полностью заняты лучшим социальным будущим, где "слабоуспевающие" будут иметь "иные шансы", шансы, которые с помощью "такого" средства, как газета, в ряду других средств дадут возможность "оставленным-для-счета" раскрыться. Но есть ли другие "такие" средства, которые ребята могли бы так же легко освоить, как и газету? Как могут они выразить не только эту необходимость существовать, но также способность привнести что-нибудь в мир взрослых? Газета помещает ребят в систему новых отношений с вымышленной радушной семьей, где родители признают оригинальной работу своих детей, одобряют ее и восхищаются ею. Недавние эксперименты, где отчисленные из средней школы подростки овладевали видеотехникой, хорошо продемонстрировали крайне сложные реакции ребят на обращенные на них взгляды и на воображаемые ими взгляды со стороны, в частности, на взгляды матери [4]. Исследователи констатировали, что в начальный момент, перед тем, как прикоснуться к видеокамере, реакция подростков выражалась в граде ругательств, грубости вокруг темы матери ("твою мать!", "мать твоя - шлюха, сука, проститутка и т.п.); затем наступает фаза, когда эти ребята начинают снимать друг друга на видеопленку и резко меняют свое поведение, как если бы этот новый взгляд камеры (новый взгляд воображаемой матери) поддерживал бы их существование. Как объяснить столь резкие изменения? Можно подумать, что эти ребята не интериоризировали родительский образ. Камера воспринималась ими, как взгляд, который должен был судить о них. Что-то вроде матери. Это беспокойство вызывало гнев. Они преодолевали это состояние лишь через освоение видеокамеры, через как бы превращение в мать, через рассматривание самих себя, через открытие иного взгляда на самих себя, стараясь быть привлекательными, интересными… Подобный феномен существует и в плоскости печатной прессы. Газета - это средство, позволяющее быть признанным другими, а, значит, позволяющее стать сыном родителей, которые могут гордиться своими детьми. Ребенок, творя, как бы помещает себя на место родителей, которым доставляет удовольствие видеть, как он делает что-то для других. Наконец, это - право ребят заняться собой, право полностью принадлежать самим себе. В отчетах учителей, использующих типографию в школе, часто на первый план выдвигается "магический" характер средства. Скорее всего, эти учителя употребляют язык самого Френе, призывавшего новых сторонников своего движения к тому, чтобы экспериментирование велось как можно проще, поскольку сам печатный станок в классе излучает магию, которой и нужно уметь воспользоваться. Психоаналитический подход позволяет эту магию рассмотреть в ином свете. Бесспорно, буквы печатного станка как бы дают доступ к статусу взрослого, к "разделенной" культуре. Но ребят в типографии прежде всего интригует возможность овладеть секретом производства. И надо признать, что речь идет не о каком-то малозначимом секретике. Как заметил в 1926 году один журналист из "Л'Еклерер де Нис", "основная ставка в этой игре - приобщение к бессмертию" (4 июля 1926 г. в статье журнала "Ле Там", посвященной деятельности Френе, журналист писал: "Печатный станок придает слову особое достоинство, престиж которого дети должны глубоко осознать". Буквально через несколько дней в пику предыдущему высказыванию, журналист из "Л'Еклерер де Нис" критикует Френе и заявляет, что дети, занимаясь в типографии, "обретут бессмертие, забросив учебные программы, расписание уроков, работу в классе…"). (См. гл.I). Таким образом, типография - это ключ. Ключ от завораживающего сокровища, которое еще надо приручить, и мы знаем, что тема поиска спрятанных сокровищ в мыслях детей присутствует постоянно; она же - главная тема иллюстраций в газетах (см.напр., "Сундук в Мальро"). Такое требование социального статуса в воображении детей сопровождается искренним желанием внести свою лепту в общее дело, привнести в него свое творчество, и дети всем сердцем чувствуют эту необходимость. Общество, не признающее за детьми права привносить что-то свое, права на изменения, фактически отрицает молодое поколение. И газета призвана выполнить эту функцию привнесения и возможного изменения. Таким образом, газета - в терминах Виникотта - становится транзициональным процессом, позволяющим соединить, с одной стороны, детское воображение, направленное на то, чтобы доказать взрослым, что дети тоже могут сделать самостоятельно что-нибудь полезное для других, и, с другой стороны, требования к школе, диктуемые обществом, которое желает видеть в любом учебном заведении только одну функцию - обучение, и потому согласно допустить детские заметки и рисунки в газете, лишь как один из способов достижения учебных целей. Внутри группы детей, подростков часто можно отметить изменения в поведении, являющиеся следствием новых отношений, которые слабоуспевающие ученики поддерживают между собой, не только открыв "секреты сокровища", но также и осознав себя в ином качестве, поскольку от неопределенного, маргинального статуса они переходят к статусу участника совместного управления производственным предприятием. Одинаково ли подобное соединение для школьных и лицейских газет? Очевидно, акцент будет различен в этих двух случаях. Простой факт, что в школьной газете инициатором проекта всегда является взрослый, неявно изменяет отношение ребенка к газете. В случае лицейских газет все значимое для подростка исходит из осознания им своего права на существование, права на установление новых взаимоотношений с самим собой, и может быть, самое главное - потребности высказываться от имени своих сверстников. Таким образом, они ставят ключевой вопрос о целях производства своих газет. Так можно ли перейти от общества, которое готово лишь терпеть юное поколение, лишь допускать факт его существования, к обществу, признающему право юных участвовать на равных во всех проявлениях социальной жизни? С того момента, когда ясно осознаются означенные проблемы, раскрывается смысл лицейских газет, и они структурируются вокруг одного вопроса - настойчивого требования, почти что навязчивой идеи всех пишущих ребят. Для подростков эти требования представляют собой нечто большее, чем просто желание. Их причина - недостаток радости, радости участвовать в построении будущего, в освоении общества. Известно, что во время войны число самоубийств резко уменьшается. Принято объяснять этот феномен мобилизацией внутренних сил человека по отношению к агрессору с единственной целью - выжить. Но в такие моменты обнаруживает себя и повышенная возбудимость, решительность. Чаще всего ее скрывают, стыдясь выставлять напоказ, однако, благодаря ей, резко возрастает сопротивляемость, иной раз до пределов, ранее казавшихся невозможными. Бойцы, воевавшие на фронте во время войны в Испании, которые писали С.Френе, очень близки по духу подросткам, открывшим, благодаря лицейской газете, способ участвовать в построении общества и даже вообразившим, что этого способа будет достаточно. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Не проистекает ли фундаментальное заблуждение взрослых относительного юного поколения из уверенности в том, что подростки должны готовиться к будущему, и нежелания понять, что ребят больше волнует настоящее, а переход от мира детства к миру взрослости происходит лишь через отказ от своего воображения? Чаще всего следствием предлагаемого взрослыми процесса социализации является пассивность. Подростки покорно принимают тезис взрослых, утешая себя тем, что отрочество - не более чем переходное состояние. Другой вариант процесса социализации, предлагаемый сторонниками школьной газеты, заключается в том, чтобы уравнять статус ребенка со статусом взрослого. Такой вариант не противопоставляется предыдущему. Но он приводит к тому, что ребенок, подросток сам участвует в организации процесса социализации. И если в первом варианте взрослые требуют от ребенка отказаться от своего воображения, то во втором - ребенок становится активным производителем продукции, а его воображение служит обществу. Противники такого рода педагогических проектов, противники "активных методов" считают, что этот подход направлен лишь на раскрытие индивидуальности ребенка, но отнюдь не на достижение учебных целей (а отсюда всего один шаг до того, чтобы смешать в одну кучу учителей-сторонников этого подхода и тех, кто стремится неоправданно уменьшить учебную нагрузку, т.е. учителей, недостаточно трудолюбивых и недостаточно ответственных…). Ответ нам представляется однозначным. Газеты, выпускаемые ребятами, пробуждают невероятное количество скрытой энергии, а это ставит под сомнение то положение, которое общество навязывает юному поколению. Сам факт распространения этих газет означает, что детская и юношеская пресса есть нечто большее, чем просто мост между двумя группами людей, противостоящих друг другу или друг друга игнорирующих; а это доказательство того, что система обмена, в принципе, возможна. Газета являет собой свидетельство одновременно как роста, так и обмена. Роста - потому что обеспечивает переход от вымысла к реальности, бережно относясь к воображению, к фантазматическому началу в самовыражении ребенка. Обмена - потому что она выступает как движущая сила предложения, диалога. Привнесение в общество чего-то своего, нового, как результат, обмена облегчает юным получение того, что само общество стремится передать молодому поколению. И именно здесь видится начало перемен для школы, позволяющей пока только лишь "хорошим" ученикам найти личностный смысл в той роли, которую ожидают от них. Таким образом, газеты позволяют детям и подросткам хотя бы на короткий срок стать родителями их родителей. Наконец, они - инициаторы нового. И школе, требующей от них лишь хорошей успеваемости, и обществу, назойливо напоминающему о трудностях их будущего, они отвечают тем, что уверенно демонстрируют способность внести свой вклад в социальные проекты.

[назад]

© ЮНПРЕСС 2001-2014
Разработка: ЮНПРЕСС
Главный консультант: Александр Школьник
Техническая поддержка: Михаил Пьяных
Дизайн и веб-мастеринг: Наталья Жукова
Использование материалов портала разрешается с активной ссылкой на Мультипортал ЮНПРЕСС
Свидетельство о регистрации средства массовой информации ЭЛ № 77-4390 от 19.02.2001 г. Министерства РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникации.
Нарушение законодательства РФ о СМИ влечет уголовную, административную, дисциплинарную или иную ответственность в соответствии с законодательством РФ
The present Certificate is given according to the Law of the Russian Federation from December, 27, 1991 аbout mass media.
Infringement of the legislation of the Russian Federation about mass media attracts criminal, administrative, disciplinary or other responsibility according to the legislation of the Russian Federation.